Тезисы Второго Всероссийского социологического конгресса Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова, 30 сентября-2 октября 2003 года
Основное содержание процесса трансформации российского общества составляет изменение социалистических структур и формирование новых демократических, рыночных институций. В связи с изменением облика российского общества происходит сильная трансформация социальной структуры. Появляются социальные основания для функционирования новых агентов и структур, которых в прежнем советском пространстве не существовало или очертания были менее ярко выражены. В качестве единицы исследования избраны социальные группы и структуры, находящиеся в медиа-поле регионального пространства (на примере Республики Коми).
После 1991г., когда государство утратило монополию на СМИ, медиа-система не только структурировалась на иных основаниях, но изменилась содержательная сторона процесса производства «события», произошли серьезные сдвиги в организации. Если в советские времена существовала система вертикали, предполагающая цензуру и план, бюджет и партийный контроль, то впервые в России появились негосударственные СМИ для которых независимость, интересы потребителя стали повседневными атрибутами функционирования. При этом, следует отметить, что при всей разительности перемен, происходящих на российском медиа-рынке, сохраняются черты прошлого. Особенно выпукло советское наследие просматриваются при исследовании регионального медиа-поля, изменения в котором носят скорее символический характер. На наш взгляд, ситуация в медиа-поле региона крайне противоречива и характеризуется как наличием плюрализма, так и сильным влиянием на медиа-структуры (газеты, журналы, ТВ и радио, информационные компании) представителей политической, административной, экономической элиты региона.
В исследовании медиа рассматриваются как одно из социальных полей регионального пространства. По сути, оно представляет собой органичное целое, связанное воедино внутренними социальными связями и отделенное от других полей границами. Медиа поле, как и др. социальные поля, иерархично по своей структуре, сегментировано. Если рассматривать элиту медиа-системы, то, как и в других отраслях, следует различать две элиты: медиа-элита и административная элита медиа-системы. Первая субэлита представлена собственно журналистами, которые в своей профессиональной деятельности достигли максимальных результатов: имеют популярность, получают большое вознаграждение. В административную элиту медиа-системы вошли представители регионального управления печати, министерства по культуре и т.д. То есть медиа-поле, как и другие социальные поля, вмещают в себя элитарные и иные части поля. В элитарной части поля индивиды концентрирует максимальное количество ресурсов, которые имеют различное выражение: денежное, властное, символическое.
При обращении к процессу формирования медиа-элиты заметно, что вовлечение внешних агентов становится практически не допустимым. Медиа-поле не только благоприятно для продвижения старых властных ресурсов, но и рефлексирует сильную преемственность прежних социальных структур. В медиа-поле процесс рекрутирования в элиту осуществляется не только из старой номенклатуры, представленной главными редакторами печатных СМИ, руководителями телерадиокомпаний, заведущих отделов обкомов партии, курирующих местные СМИ. Достаточно сильными оказываются позиции тех, чьи родители обладаю всеми признаками высокостатусной группы. Процесс проектирования семейного статуса на деятельность членов группы, основанной на кровном родстве, представляет скрытый механизм, воспроизводящий элитную структуру. Семейный капитал выполняет функцию мощного катализатора в процессе формирования медиа-элиты.
При рассмотрении процесса становления и функционирования руководителей медиа-структур как сегмента региональной элиты, необходимо рассмотрение методологических практик обращения с категорией «медиа-элита». К числу дискуссионных относится вопрос о том, представляют ли руководители СМИ сегмент российской элиты? Следует различать две противоположные линии рассуждения. Согласно первой, медиа-элиту относят к числу элитных групп ввиду их способности (через СМИ) влиять на ценности и модели поведения в обществе, для других исследователей, в силу развитости сильной вертикали на местном уровне, медиа-элита на местах не относится к числу элитных групп.
По нашему мнению, медиа-элита на региональном уровне представляет группу, которая потенциально имеет возможность обладать стратегическими ресурсами. Обладание ресурсами позволяет медиа-элите быть относительно автономной, объективной, свободно выражать мнение и интересы. Другой аргумент в пользу рассмотрения значимого сегмента российской элиты связан с особенностями российского капитализма и находит проявление в функционировании финансово-промышленных групп, которые, как правило, образуются при активном участии медиа-структур.
